Мы нашли её по запаху, в переулке за путями Омоидэ Ёкотё. Восемь мест, один повар, автомат билетов без английского и записка от руки — просто «бульон дня».
Покупаешь билет, отдаёшь и ждёшь. Без болтовни. Тарелка, что вернулась — тонкоцу с лёгким дымком над горелкой, один лист нори, яйцо, сваренное ровно до грани жидкого — оказалась лучшим, что мы ели за десять дней.
Названия мы так и не узнали. Такова сделка с 4 утра в Синдзюку: город даёт тебе что-то идеальное и просит не записывать, где.